Дом Дорога Потусторонний мир - МХК - Сочинения, рефераты - Каталог файлов - AlexLat
Главная » Файлы » Сочинения, рефераты » МХК

Дом Дорога Потусторонний мир
27.12.2013, 03:38
Дом  Дорога Потусторонний мир
Человек должен покинуть дом, и спрашивать, почему он это делает, вполне бессмысленно. Только так он может реально взаимодействовать с миром, посвятительный ритуал - это прямой диалог социума и сверхъестественных сил. Для человека такой диалог означает ликвидацию старого состояния и переход в новое, глобально - смерть и новое рождение.
Одна из важнейших черт таких ритуалов и связанных с ними мифов, как уже отмечалось выше, сугубая таинственность и сакральность. Участвовать в них могут только посвященные, те кому положено и предопределенно. Отмена таких ограничений, допущение, пусть даже только в число слушателей, посторонних приводит к тому, что миф превращается в сказку. Но! Священная информация о магических маршрутах изымается, за счет чего усиливается внимание ко всякого рода авантюрным и чудесным моментам.
На основе всего, изложенного выше, можно сделать вывод, что мотивы дома (социума) и дороги (священный маршрут посвященного) - суть изначальное воплощение в ритуалах и связанных с ними мифах побуждения архаического человеческого сознания к преодолению изначально присущего человеку страха перед риском всего нового, перед изменчивостью жизни и стремлением к изменчивости, развитию и преодолению.
Сюжет интересующих нас волшебных сказок строится на основе инициального ритуала: герой выезжает из дома, путь героя - ось повествования, конец - герой прибывает домой. Дом в волшебной сказке - тот же ритуальный социум, сверхъестественные силы изымают человека оттуда и отправляют по магическому маршруту. Сказка, в силу специфики жанра, не располагает никакими топографическими сведениями, но, безусловно одно - дорога, по которой высшие силы ведут человека, ведет в потусторонний мир.
Здесь очень важны следующие моменты:
? В русских волшебных сказках граница между "здешним" миром и "потусторонним" (домом и волшебным царством, жизнью и смертью) - охраняема. Страж границы (например это может быть, и чаще всего бывает, Баба Яга) охраняет вход в потусторонний мир.
? В потусторонний мир попадет только достойный. Кто достоин, а кто и не очень, определяется с помощью разного рода испытаний - это уже попытка объяснения того, что архаическому сознанию понятно изначально: "там" будет тот, кому положено высшими силами "там" быть
Наличие двух вышеозначенных моментов в конкретной сказке говорит исследователю о ее большей прозрачности по сравнению с теми, где такие моменты отсутствуют. Вспомним Проппа, это те самые случаи "когда сказка не может быть понята без сравнительного материала, или формы, перенесенные из сказок других разрядов"16. "Прозрачная" сказка позволяет видеть вглубь веков, через нее просвечивают миф и ритуал, которым она обязана своим появлением, эти самые близкие человеку "маяки" в толще мировой истории.
Волшебные сказки, явно или не явно содержащие мотивы дома и дороги, по нашему мнению могут быть объединены в одну семантическую группу, как происходящие из инициальных ритуалов и связанных с ними мифов. Наличие таких мотивов дает возможность различать варианты данных мотивов в волшебных сказках.
Как известно, - начало волшебной сказки - это оставление дома. Дом родной, привычный, любимый. Изначально в нем "все было хорошо". "В некотором царстве жил был купец, двенадцать лет жил он в супружестве и нажил только одну дочь, Василису Прекрасную" (№47, "Василиса Прекрасная"), "Жили старичок со старушкою; у них была дочка да сыночек маленький" (№51, "Гуси-лебеди"). Если герой сказки социально ущемленный персонаж, то живется ему плохо, но в своем доме: "У мачехи была падчерица да родная дочка; родная что ни сделает, за все ее гладят по головке да приговаривают "Умница". А падчерица как ни угождает - ничем ни угодит, все не так, все худо,... у мачехи каждый день слезами умывалась", ("Морозко").
Сказочный сюжет безусловно предполагает, что герой должен покинуть дом, но что побуждает его так поступить в поверхностном "видимом" плане сказки скрыто, но тем не менее не вызывает вопросов ни у рассказчика, ни у слушателя. Почему? В фольклорных жанрах наличествуют два повествовательных ряда. Первый - сакральный, язык мифов и ритуалов, второй - язык описательный, адаптирующий рассказываемые события, не лежащие в конкретных опыте и памяти рассказчика и слушателя.
Пользуясь этим адаптирующим языком волшебная сказка как бы подсказывает причину по которой герой покидает дом:
* Выгоняет вредитель: "И придумала мачеха падчерицу со двора согнать...", ("Морозко")
* Герой отправляется что-либо искать, ликвидировать какую-нибудь "недостачу": "Огня нет в целом доме, а уроки наши не кончены. Надо сбегать за огнем к бабе-яге... Тебе, Василиса за огнем идти... Ступай к бабе-яге!", (Василиса Прекрасная)
* Герой нарушает запрет покидать дом. Такой вариант сказочного начала, вероятно, отображение связи сказки с такой частью ритуала как запрет, табу на какие-либо действия. Нарушение табу есть высшая форма преодоления страха, ведь нарушивший табу по определению умрет. В сказке герой, нарушивший запрет лишается чего-то очень дорогого для него: "Старшие ушли, а дочка забыла, что ей приказывали; посадила братца на травке под окошком... Налетели гуси-лебеди, подхватили мальчика, унесли на крылышках", ("Гуси-лебеди").
Так или иначе, герой покидает Дом. Для нашего исследования представляет интерес также и вербальное выражение этого процесса. Инициальная (начальная) формула сказки, как правило, имеет довольно распространенные и устойчивые модели, т.н. формулы , указывающие на место действия, дающие точку отсчета. Наиболее характерна для русских волшебных сказок инициальная формула, включающая факт существования героя в некоем определенном месте: 
* "В некотором царстве жил-был...", ("Василиса Прекрасная")
* "Жили старик со старухой...", ("Гуси-лебеди").
* "В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь с царицею...", ("Иван Быкович").
Интересно, что в волшебных сказках, ведущих свое начало из ритуалов посвятительного и инициального типа, никогда не подчеркивается время действия, даже на таком приблизительном уровне, как место действия. Ведь к обряду время отношения не имеет, инициация для человека - это ВСЕ время.
Итак, герой вышел из Дома, покинул социум, зачем и почему он так поступил, нам уже понятно - преодолеть страх перед новым и неизвестным человек может только покинув известное и привычное.
При разрыве связи между мифом и ритуалом этот важнейший мотив теряет свой сакральный смысл, который, тем не менее, подразумевается, просвечивает, и дает толчок дальнейшему развитию сказочных событий. 
Самым тесным образом с мотивом Дома в волшебной сказке связан мотив Дороги. Покинувшему Дом человеку нужно пройти, преодолеть какой-то путь и прийти в определенную точку, противоположную Дому (социуму) - в точку, где человеческий и потусторонний мир сходятся вместе, в точку, где происходит самое важное - собственно преодоление и перерождение.
Перемещение героя в специфическом сказочном пространстве, его маршрут, путь, Дорога и составляют ось сказочного повествования. Конечная цель путешествия -независимо от причины, по которой герой отправился этой Дорогой - находится очень далеко, в "другом", "ином" царстве. 
"Это царство может лежать или очень далеко по горизонтали, или очень высоко или глубоко по вертикали"17. Расстояние преодолевается различными способами: герой может лететь по воздуху, ехать по земле или воде, его могут вести (клубочек, например) и т.д. Для всех этих способов передвижения волшебная сказка выработала специфические "внутренние медиальные формулы"18 - формулы, описывающие действия сказочных персонажей.
Чаще всего в сказках употребляются формулы, указывающие на длительность пути:
* "Бежала, бежала...", ("Гуси-лебеди")
* "Дурень шел-шел..." ("Летучий корабль")
Усложненный вариант такой формулы - глагол, обозначающий действие распространяется указанием на место и длительность процесса. Такая формула, как правило, троекратно повторяется:
* "Едет далекым-далеко, день коротается, к ночи подвигается", ("Кощей Бессмернтый");
* "День шел, другой шел, на рассвете третьего дня видит...", ("Марья Моревна");
* "Долго шел он не пивши, не евши", ("Марья Моревна")
Только для русских сказок характерна выразительная формула: "Долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли...": "Долго ли, коротко ли, заехал он в темный лес", (Иван-Царевич и Белый Полянин".
Ниже будут подробнее рассмотрены несколько сказок, где мотивы Дома и Дороги наиболее явно обнаруживают свою связь с теми же мотивами в ритуале и мифе, и от этого 
становится более явным их значение в сказке. Интересен также момент достижения героем своей цели (конец маршрута), и способ, каким герой попадает в то место, где должен оказаться.

Категория: МХК | Добавил: alexlat
Просмотров: 174 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]